«Горбатый. Я сказал: Горбатый!» 40 цитат из главного телефильма о милиции
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
10 мая, ровно 40 лет назад, в Одессе начались съемки фильма Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя», который считается самой известной картиной советского кинематографа о трудовых буднях МУРа. Реплики главных героев моментально разлетелись на цитаты, а Жеглов и Шарапов стали народными героями, олицетворением справедливости.
Редакция портала Москва 24 собрала самые яркие и точные фразы из фильма – почти на все случаи жизни.
Этот фильм о работе Московского уголовного розыска в послевоенные годы снят Одесской киностудией. Премьерный показ состоялся по Первой программе Центрального телевидения СССР в течение пяти дней – с 11 по 16 ноября 1979 года.
Глеб Жеглов
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
– Ну-с, дорогие граждане уголовнички, приступим к делу!
– Это только ты один умный, а я так – погулять вышел.
– Что за шум, а драки нет?!
– Здесь МУР, а не институт благородных девиц!
– Вор должен сидеть в тюрьме! Я сказал!
– Кому повезет, у того и петух снесет, и такая птица, как ты, у меня тоже нестись будет!
– Теперь Горбатый! Я сказал: Горбатый!
– Правопорядок в стране определяется не наличием воров, а умением властей их обезвреживать.
– Ну и рожа у тебя, Володя! Ох и рожа! Смотреть страшно.
В 1987 году Владимиру Высоцкому была посмертно присуждена Государственная премия СССР за создание образа капитана Жеглова и авторское исполнение песен.
Володя Шарапов
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
– Ну, граждане дорогие, ну, товарищи мазурики!
– Самое дорогое на свете – глупость, потому что за нее дороже всего приходится платить.
– Если закон один раз подмять, потом другой раз, потом им начинать дырки в следствии затыкать, как нам с тобой будет угодно, то это уже не закон будет, а кистень.
– Коты от удовольствия крутят хвостами. Это, правда, не значит, что, если им крутить хвосты, они получат удовольствие.
– Что у вас с лицом?
– В «Астории» поужинал.
– Мне! Сберкнижку – мне. Она мне сердце согреет, когда в подвал вместе полезем.
– Паскудный вы народ, бабы! Там твой мужик на нарах парится, а ты пять кусков зажала, жизнь его под корень рубишь.
– Папаш, можно я поем малость. После казенных харчей на твое изобилие смотреть больно.
– Ну покедова, бабанька. Покедова…
– …Но поиск ведете в правильном направлении.
Кроме того, под его режиссурой были сняты сцены опознания Фокса и освобождения Груздева.
Манька-Облигация
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
– О-блигация или А-блигация?
– О-блигация. Чего? Какая облигация?
– «Я, Манька-Облигация. «
– Да ты что, с ума сошла?!
– А угостите даму спичкой, гражданин начальник.
– Консерваторию кончить не дают!
– А ты меня не совести и не агитируй.
– Ты токо скажи, я ж тебе всю жизнь верная буду. Ты парень хоть куда.
Горбатый
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
– Ну что будем делать, господа хорошие?
– Выпьем, закусим, о делах наших скорбных покалякаем.
– Бабу не проведешь, она сердцем видит.
– Есть у нас сомнение, что ты, мил-человек, стукачок!
– За твое здоровье пить глупо – оно ведь тебе больше не понадобится, здоровье хорошее…
– А мусорка своего отдашь нам на съедение?
– Дорисковался, гаденыш! Говорил я ему, говорил: кабаки и бабы доведут до цугундера!
– А пусть он сам за вас похлопочет, а мы рассмотрим.
– Володенька, я ведь тебя зубами загрызу! Слышишь, Володенька?
– Черт с вами, банкуйте!
Кирпич
Фото: кадр из фильма «Место встречи изменить нельзя». Режиссер Станислав Говорухин. Сценарист Аркадий Вайнер, Георгий Вайнер
– Чтоб я себе с пола срок поднял?
– Товарищи, что ж это делается, фронтовику руки крутят!
– По замазкам вроде бы фраер, но не фраер, это точно. Ему человека подрезать, что тебе высморкаться.
– Я не курю, ты же знаешь, но в камере пригодится.
– Кошелек у гражданки украл!
– Украл!
– Кофелек… Какой кофелек? На, обысси!
Все права на материалы, находящиеся на сайте m24.ru, охраняются в соответствии с законодательством РФ, в том числе об авторском праве и смежных правах. При любом использовании материалов сайта ссылка на m24.ru обязательна. Редакция не несет ответственности за информацию и мнения, высказанные в комментариях читателей и новостных материалах, составленных на основе сообщений читателей.
СМИ сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» зарегистрировано в Федеральной службе по надзору в сфере связи, информационных технологий и массовых коммуникаций. Свидетельство о регистрации средства массовой информации Эл № ФС77-53981 от 30 апреля 2013 г.
Средство массовой информации сетевое издание «Городской информационный канал m24.ru» создано при финансовой поддержке Департамента средств массовой информации и рекламы г. Москвы. (С) АО «Москва Медиа».
Информация о погоде предоставлена Центром «ФОБОС». Информация о курсах валют предоставлена Центральным банком Российской Федерации. Информация о пробках предоставлена ООО «Яндекс.Пробки».
Все вы так говорите
Нервная нейросеть
Мне искренне жаль Алису, ведь не ясно, от чего она страдает больше: от количества идиотских запросов или от собственного плохого юмора.
Нейросеть vs Кембербетч
ИИ Михалыч
Михалыч говорит голосом обычного мужика из твоего подъезда (соседнего гаража, или твоего давнего друга), у него отличное чувство юмора и есть ответ на практически любой вопрос. «Эй, Михалыч! Какие пельмени вкуснее?» Михалыч, ознакомившись с отзывами покупателей и соотношением цена-качество, выдает не сухую статистику голосом чопорной дамы, а простое: «Мужики говорят, что эти понажористее будут.» А если вопрос поставит его в затруднение, он честно ответит, что раньше о такой херне не слышал.
Михалыч живо реагирует на запросы типа: «Бля, Михалыч!», «Слышь, мужик!» и тому подобное. Знает все о ремонте вашей ласточки, напоминает о дне рождения жены и тещи, давая дельные советы по поводу подарков.
Подрабатывает навигатором, потому что: «Михалыч, где в этом Зажопинске ближайшая шиномонтажка? Я тут в первый раз». Михалыч согласится, что эти улицы делали какие-то козлы и спокойно добавит, что на следующем перекрестке направо.
Михалыч составит компанию, когда ты один в гараже, или жена уехала и оставила одного на все выходные без еды.
— Михалыч, я жрать хочу!
— Закажешь или сами справимся?
— Не, до зарплаты ещё неделя.
— А в холодильнике чё?
— Ща. Шмат сала и три картошины
— Тогда сегодня будет жареная картошка со шкварками. Зомбоящик включи, ща футбол начнется.
Михалыч расскажет анекдот по случаю и поддержит в трудной ситуации, как настоящий мужик!
Петровна напомнит поставить телефон на зарядку и поможет позвонить внукам по Скайпу.
Наши любимые советские фильмы, мультики, музыка из кино, плакаты и фото
Цитаты из советского фильма Служебный роман
— Мы называем ее «наша мымра».
— Она любопытна, как все женщины, и женственна, как все секретарши.
— Вы купили новые сапоги, Вера?
— Да вот еще не решила, Людмила Прокофьевна. Вам нравятся?
— Очень вызывающие. Я бы такие не взяла. А на вашем месте интересовалась бы сапогами не во время работы, а после нее.
— Значит, хорошие сапоги, надо брать.
— Ну и как там у них в Женеве?
— Сложно.
— По грибам вы большой специалист, товарищ Новосельцев.
— По грибам да.
— А музыка вас не увлекает, Людмила Прокофьевна? В каком-нибудь, любом виде?
— Я надеюсь, вы не собираетесь музицировать?
— Ага! Петь хочется!
— Какое несчастье.
— Подождите. Меня осенила догадка. Вы пьяны?
— Нет, что вы! Когда я пьян, я буйный. Вот. А сейчас я тихий.
— Мне повезло.
— Тихо вокруг,
Только не спит барсук.
Уши свои он повесил на сук,
И тихо танцет вокруг.
— Привет дебоширу.
— Привет.
— Ты можешь мне объяснить, какая вчера. Какая тебя муха укусила?
— Как же она могла оставить детей, Леонтьева? Она же мать!
— Ха-ха. Мать! Мать у них был Новосельцев.
— Ну всё, Новосельцев! Ваше дело труба.
— Почему вы все время виляете? Что вы за человек? Я не могу вас раскусить!
— Не надо меня кусать. Зачем. раскусывать? Не надо.
— Вы утверждали, что я черствая!
— Почему, мягкая.
— Бесчеловечная!
— Человечная.
— Бессердечная!
— Сердечная.
— Сухая!
— Мокрая.
— Что вы несете, ей-богу?!
— Демократичная наша, демократичная.
— Что вы делаете? Вы что, плачете?
— Вы врываетесь ко мне в кабинет и говорите мне разные гадости!
— Перестаньте плакать! Что вы, вам по должности не положено.
— Что же, выходит, что все меня считают таким уж чудовищем?
— Не надо преувеличивать. Не все. Не таким уж чудовищем.
— Вам хорошо, Анатолий Ефремович. У вас. У вас дети.
— Да, двое: мальчик и. мальчик.
— Вера, вызовите ко мне, пожалуйста, самую светлую голову нашей с вами современности.
Как кого? Новосельцева, разумеется.
— Так, всем наплевать! А я сижу одна, ломаю голову,
что бы такое подарить Баровских, чтобы он получил удовольствие!
Присмотрела бронзовую лошадь в комиссионке!
— Ну вот что, начнем с обуви. Именно обувь делает женщину Женщиной.
— Разве?
— Шузы сейчас носят с перепонкой, на высоком каблуке.
— У вашей родственницы ноги красивые? Стройные?
— Ну. в общем-то. Ноги как ноги. Средние ноги, будем так считать.
— Ну понятно. Значит, неудачные ноги, Людмила Прокофьевна, надо прятать.
— Куда?
— Под макси!
— Ну и слава богу, я считаю. Куда лучше так. живенько, правда? А то как дом на голове.
— Ну если живенько, то лучше.
— Походка! Ведь вот как вы ходите?
— Как?
— Ведь это уму непостижимо! Вся отклячится, в узел вот здесь завяжется, вся скукожится, как старый рваный башмак, и вот чешет на работу!
Как будто сваи вколачивает!
— В женщине должна быть загадка.
Головка чуть-чуть приподнята. Глаза немножко опущены.
Здесь всё свободно. Плечи откинуты назад. Походка свободная, от бедра.
Раскованная, свободная пластика пантеры перед прыжком.
— А можно научиться так ходить или это недоступно?
— Ну, понимаете, можно, конечно, и зайца научить курить. В принципе, ничего нет невозможного.
— Вы думаете?
— Для человека с интеллектом.
— Ой, боюсь, что я не одолею эту науку.
— Ерунда, справитесь. Не волнуйтесь. Голову вперед. Грудь вперед.
— Грудь? Вы мне льстите, Вера.
— Вам все льстят.
— Так, и пошла на меня свободной походкой, нога от бедра, свободная! Пошла!
Людмила Прокофьевна, где вы набрались этой пошлости?
Вы же виляете бедрами, как непристойная женщина.
— Красиво, да?
— Угу, хорошая лошадка.
— Это не лошадка, это мамонт какой-то. Давайте приедем уже, а?
— Пикантнее, пикантнее! И игривая улыбка!
Вообще, пусть мужчины думают, что у вас всё в порядке.
Дышите. Элегантнее, пластику! И не надо брыкаться. Вы же не иноходец, а женщина.
Ну, пошла теперь одна! Пошла! Веселее!
— Людмила Прокофьевна! Разрешите нам спрятать эту лошадь за сцену в шкаф.
— З-з-зачем спрятать.
— Зачем? А от юбиляра, чтобы он не обрадовался раньше времени.
— Слушай. Конечно, я понимаю, чужие письма читать нехорошо.
Но я стала читать – просто оторваться не могла!
— Понимаете, Бубликов у-у-умер. А потом он не умер.
Эта неприятность случилась с его однофамильцем в больнице, а позвонили нам. Перепутали.
А венок уже купили. Умрет ли он еще раз, неизвестно. А цветы пропадают.
Вот. Шура дергает их из Бубликова.
Ой, то есть, из венка из-под Бубликова, делает букеты и дарит женщинам.
— А что, вы считаете, что мне нельзя подарить цветы?
— Можно! Вам подарить можно. Просто для этого нужен какой-то этот самый.
. как? День рожденья, или, там, как это. Восьмое марта.
— В этом письме – мои предложения по улучшению статистического учета в легкой промышленности.
— Вы знаете, я вас очень хорошо понимаю.
Очень важно улучшать статистический учет. именно в легкой промышленности.
Я вас очень хорошо понимаю.
— Меня беспокоит душевное состояние одной нашей сотрудницы.
— Я соображаю, о ком вы говорите.
— А кроме вас, еще кто-нибудь. «соображает»?
— Весь коллектив.
— Представляете, Самохвалов передал мне письма Рыжовой, чтоб мы разобрались на месткоме.
— Гад какой!
— Да? А меня вообще сослали в бухгалтерию!
— Да на тебе пахать надо!
— Слушайте, меня старуха сослала в бухгалтерию, но я оттуда вырвалась на свободу.
— Это мужественный поступок.
— Красное. Или белое?
— Или белое. Но можно красное!
— М-можно красное.
— Все равно, какое вино.
— Давайте за что-нибудь выпьем.
— За что?
— Не знаю.
— И я не знаю. Ну, за что?
— Давайте, чтоб все были здоровы, а?
— Прекрасный тост!
— У меня дети. У меня их двое: мальчик и. д-де. т-тоже мальчик.
Два мальчика.
— Ну подождите, Людмила Прокофьевна, не перебивайте, пожалуйста! Я и сам собьюсь.
— Билеты в цирк не пропадут?
— Ну безусловно! Я загоню их по спекулятивной цене.
— Как вы оригинально и замечательно ухаживаете. Ну ничего не скажешь. Вы настоящий современный мужчина.
— Какое вы право имеете меня так оскорблять?
— Не бейте меня по голове, это мое больное место!
— Это ваше пустое место!
vinalnik
vinalnik ТРЕНЕР «ГАЗМЯСА»
Иван Васильевич меняет профессию — советский фильм. Производство киностудии «Мосфильм», 1973. Жанр — кинокомедия. Экранизация пьесы М. А. Булгакова «Иван Васильевич».
— Когда Вы говорите, Иван Васильевич, впечатление такое, что вы бредите.
— А меня же, Зинаида Михайловна, обокрали — собака с милицией обещала прийти.
— Врёшь, собака! Аз есмь царь!
— Я бросаю мужа — этого святого человека со всеми удобствами!
— Ему сообщают, что жена от него уходит, а он — «так-так-так-так-так-так-так-так»! Даже как-то невежливо!
— Эх, красота-то какая! Лепота!
— А что вы на меня так смотрите, отец родной? На мне узоров нету и цветы не растут.
— Ах, это вы репетируете…
— Реп-пе-пе-тир-руем…
— Натурально, как вы играете… И царь у вас такой… такой типичный! На нашего Буншу похож…
— Вот что крест животворящий делает!
— Всё, шо нажито непосильным трудом, всё погибло!
— Вы ещё ответите за ваши антиобщественные опыты, хулиган!
— А ещё очки одел! Да, да. Поможем, поможем! Интеллигент несчастный! Выучили вас на свою голову — облысели все!
— Граждане! Храните деньги в сберегательной кассе! Если, конечно, они у вас есть.
— Да нам, царям, за вредность молоко надо бесплатно давать!
— Живьём брать демонов!
— Живьём брать самозванцев!
— Аз есмь… житие мое…
— Какое житие твое, пёс смердящий?
— За чей счёт этот банкет? Кто оплачивать будет?
— Во всяком случае, не мы!
— А где царь?
— Закусывать надо!
— Замуровали, замуровали, демоны!
— И тебя вылечат… и тебя тоже вылечат… и меня вылечат.
— Как челобитную царю подаёшь?!
— Ты такую машину сделал?
— Да, я.
— У меня тоже один такой был — крылья сделал. Я его на бочку с порохом посадил — пущай полетает!
— Зачем же так круто?
— Понимаешь, у того лицо умнее!
— Вот лица попрошу не касаться!
— Оставь меня, старушка, я в печали…
— Отведай ты из моего кубка.
— Так что передать мой король?
— Передай твой король мой пламенный привет.
— Ты скажи, какая вина на мне, боярин?
— Тамбовский волк тебе боярин!
— Молви ещё раз, ты не демон?!
— Иван Васильевич, я вам сто раз уже говорил, кто я такой! Не демон я!
— Ой, не лги! Ой, не лги! Царю лжёшь! Не человечьим хотением, но Божьим соизволением царь есмь…
— Хорошо! Я прекрасно понимаю, что вы царь, Иван Васильевич…
— Увы мне, увы мне, Иван Василичу! Горе мне!
— Вы водку пьёте?
— Анисовую…
— Ты пошто боярыню обидел, смерд?
— Ай, боярыня — красотою лепа! Червлёна губами, бровьми союзна… Чего ж тебе ещё надо, собака? …Вот и женись, хороняка, князь отпускает её!
— Меня опять терзают смутные сомнения… У Шпака — магнитофон, у посла — медальон…
— Ты на что намекаешь? Я тебя спрашиваю — ты на что, царская морда, намекаешь?!
— Царь, очень приятно, здравствуйте, царь!
— Какого Бориса-царя?! Бориску — на царство?! Так он, лукавый, презлым заплатил за предобрейшее?! Сам захотел царствовати и всем владети?! Повинен смерти!
— Квартиру Шпака вы брали?!
— Шпака?
— Да!
— Казань брал, Астрахань брал, Ревель брал, Шпака — не брал.
— Эй, человек! Человек. Официант! Почки один раз царице!
— Это я удачно зашёл.
— Позвольте! Вы не хулиганьте. Что это ещё за пьяные выходки?! Я на вас жалобу подам… коллективную!
— Я требую продолжения банкета!
— Паки, паки… Иже херувимы. Языками не владею, ваше благородие.
— Эврика! Царские шмотки! Одевайся! Царём будешь!
— Ни за что!
— Одевайся, убью!
— Не вели казнить, великий государь! Вели слово молвить!
— Пиши: «Царский указ. Приказываю послать войско выбить крымского хана с Изюмского шляха». Точку поставь.
— Точка… Подпиши, Великий Государь!
— Я не имею права подписывать такие исторические документы.
— Я б на вашем месте за докторскую диссертацию сел!
— Торопиться не надо — сесть я всегда успею.
— Хотелось бы, так сказать, в общих чертах понять, что ему нужно.
— Да понять его, надёжа-царь, немудрено: они Кемскую волость требуют. Воевали, говорят, так подай ее сюда!
— О, йа-йа! Кемска волост! О, йа-йа!
— Видел чудеса техники, но такого!
— Да головы им отрубят и всего делов.
— И всего делов… А?
— Да пёс с ними!
— Вот смотрит… Вы на мне дыру протрёте!
— Тьфу на вас. Тьфу на вас ещё раз!
— Федя, ты чего там жмёшься около почек? Иди сюда.
— Как они кричат!
— А… Они не могут кричать, они уже давным-давно покойники!
— Видали, как покойники стреляют?
— Рявкни на них!
— Воооооон.
— В милицию замели, дело шьют!
— Скажите, как ваше имя-отчество?
— Марфа Васильевна я…
— Марго, вы единственный человек, который меня понимает.
— Эх, Марфуша, нам ли быть в печали?
— Какая это собака?! Распустились тут без меня! Что за р-репертуар у вас? Надо что-нибудь массовое, современное: тили-тили, трали-вали, это мы не… тили-тили, эта нам не трали-вали…
— Я занят, позвоните попозже!
— Отворяй, собака.
— А кому это он?
— Вам.
— Был у нас толмач-немчин. Ха, ему б переводить, а он лыка не вяжет. Мы его в кипятке и сварили.
— Нельзя так с переводчиками обращаться.
— Ошибаетесь, уважаемый, это дело общественное. Вы своими разводами резко снижаете наши показатели.
— А еще борются за почётное звание «Дома высокой культуры быта»!
— За стенку ответите по закону!
— Я — артист больших и малых академических театров. А фамилия моя — фамилия моя слишком известна, чтобы я её называл!
— Какой паразит осмелился сломать двери в царское помещение?
— Да ты что, сукин сын, самозванец, казённые земли разбазариваешь? Так ведь никаких волостей не напасёшься!
— Такие вопросы, дорогой посол, с кондачка не решаются. Нам надо посоветоваться с товарищами, зайдите на недельке
— Ну, царь, вздрогнули!
— Три магнитофона, три кинокамеры заграничных, три портсигара отечественных, куртка замшевая, три… куртки.
— Войско взбунтовалось! Говорят, царь — ненастоящий!
— Минуточку! Если ты ещё раз вмешаешься в опыты академика и станешь на пути технического прогресса, я тебя.
— Вы первый, кто увидел, вы, так сказать, первый свидетель!
— Никогда ещё свидетелем не приходилось быть…
— Скажите, у вас нет отдельного кабинета?
— О, да ты, ваше благородие, нарезался!
— Введите гражданина посла!
— Одумайтесь, одумайтесь, прежде чем, начать понимать — увидеть древнюю Москву — без санкции соответствующих органов!
— Милочка, ты себе не представляешь! Якин бросил свою кикимору, ну, и уговорил меня лететь с ним в Гагры!
— Милиция? Это говорит сегодняшний обокраденный Шпак… а я не по поводу кражи, у нас тут дело почище — инженер Тимофеев в свою квартиру живого царя призвал! …Я непьющий! Даю чесное благородное слово. …Жду
— Вельми понеже… весьма вами благодарен!
— Были демоны, — мы этого не отрицаем. Но они самоликвидировались. Так что прошу это бесполезную панику прекратить!
