F1 для чайников. Глава 1: Только факты
Блог «Формула Перца» замахнулся на перевод целой книги. Дело это непростое, и если вы видели где-то в Интернете какие-либо другие переводы, скажите мне сразу, чтобы я дальше не мучалась, хорошо?
Итак, Formula One Racing for Dummies или Формула 1 для чайников. Обойдемся без предисловий и инструкций, глава немаленькая.
В наши дни F1 – настоящее мировое зрелище. Практически на каждую запланированную гонку приходят более 120000 зрителей, чтобы хоть сидя, хоть стоя, но посмотреть на звездных миллионеров-гонщиков. Ровно в то же время в 150 странах мира более 300 миллионов человек включают телевизор, чтобы с комфортом понаблюдать за борьбой за славу.
F1: великий и мировой вид спорта
Часть фанатов F1 заявляют, что именно F1 является по-настоящему мировым видом спорта. Ведь дело ограничивается не только пилотами, борющимися за победу на трассе, но и лучшими машинами и двигателями всего мира, находящимися в их распоряжении. Например, испанец Фернандо Алонсо гоняется за французскую команду Рено под руководством итальянца Флавио Бриаторе*, хотя сами машины сконструированы и построены на заводе в Британии. Вау!
Но это еще не все доводы в пользу глобальности F1: не забывайте, что каждый сезон гонки проходят на уникальных трассах всего мира, каждая из которых по-своему интересна для гонщиков, команд и фанатов. F1 действительно напоминает путешествующий цирк: все болиды, команды и пилоты высаживаются в Австралии, на следующей неделе они уже в Малайзии, а потом они поедут в Бразилию, гран-при которой состоится еще через две недели.
Фанаты со всего мира также приходят на гонки. Какую трассу бы вы не взяли, там вы найдете не только местных болельщиков, но и тех энтузиастов, которые приехали на гонку из другой страны. Быстрый осмотр трибун гонок F1 неизбежно выявит несколько флагов разных стран.
Массовый интерес появился с самого начала, когда в 1950 году стартовал первый официальный чемпионат F1. Хотя гонки F1 проходили и ранее, до того момента не было официально оформленной борьбы за чемпионский титул.
Пилоты и другие важные люди
Как и другие весьма успешные виды спорта, F1 – коллектив звездных имен. Так же, как Дэвид Бекхэм в футболе или Тайгер Вудс в гольфе, пилоты F1 с большими именами могут похвастаться миллионами фанатов, разбросанных по всему миру, следящих за каждым их шагом и надеющихся, что их парень сможет побеждать в каждой гонке.
Но не только пилотами ограничивается список важных имен в F1. Многие из командных руководителей сами по себе весьма интересны. Некоторые из них, как босс Рено Флавио Бриаторе, почти так же хорошо известны еще и из-за постоянного пребывания в сплетнях о знаменитостях, как и из-за большой работы, которую они проворачивают для своих команд.
Однако и это еще не все известные люди – потому что даже начальники самих гонок тоже урвали свой кусок славы. Берни Экклстоун, управляющий коммерческой стороной F1, весьма известен и считается одним из самых богатых людей в Британии. Макс Мосли, президент управляющей всем автоспортом мира FIA, также далеко не безызвестный человек.
Гонщики, несомненно, являются центральными фигурами всей F1. Без пилотов не было бы и гонок, а без великих сражений, психологических войн и того, что некоторые из них просто не дружат между собой, не было бы никакого интереса в том, чтобы следить за каждым новым поворотом в гоночном сезоне F1.
Самые высокооплачиваемые гонщики в наши дни получают такие деньги, о которых многие из нас и мечтать не могут, но они еще и тяжело работают для этого. Мало того, что они подвергают себя огромному риску, управляя болидами F1 на скорости 200 миль в час, они также должны работать с командой для того, чтобы выжать из болида все до последней десятой секунды, общаться с медиа и посещать промо-мероприятия своих спонсоров (подробнее в главе 7).
Хотя деньги, внимание и волнение, сопровождающие управление быстрыми машинами уже сами по себе хорошие награды за то, что ты – хороший гонщик F1, нет ничего лучше побед. Некоторые профессионалы заявляют, что победы приводили их в наибольший восторг за всю их жизнь, но вы и сами можете над этим поразмыслить, дойдя до главы 11, которая расскажет вам о том, что случается после победы и как она не означает конец дня для гонщика.
Говорят, что за каждым великим мужчиной стоит великая женщина. Для F1 нужно лишь немного перефразировать: за каждым великим гонщиком стоит по-настоящему великая команда. Команда делает все, чтобы у пилота была лучшая техника, которая правильно работает. Каждый пилот знает, что если бы не его команда, он бы никуда не приехал. Дэвид Култхард однажды произнес известную фразу о том, что он бы выглядел довольно глупо, усевшись на стартовой решетке без машины рядом.
Лидер команды – человек, который собирает вместе ресурсы и персонал – руководитель, босс команды. Нет единого описания работы босса команды, потому что у каждого есть свой путь управления. Глава BAR Дэвид Ричардс был нанят акционерами команды для управления ресурсами, а босс Минарди Пол Стоддарт владеет всеми 100% акций свой команды. У других могут быть некоторые доли в делею
Хотя пилот может добиться побед в гонках очень быстро, особенно если он выступает за лидирующую команду F1, руководителю команды требуется много, много лет для того, чтобы перевести свои ресурсы в быструю команду, задача, для выполнения которой, надо сделать следующее:
Высокая цена успеха в F1, включающая перспективу заработать миллионы на дополнительной спонсорской поддержке или телеправах, означает, что боссы должны уметь разбираться в невероятном объеме политики, сопровождающей F1. Постоянно идут споры вокруг денег, изменений в правилах и даже угрозами протестов против команд соперников. Некоторые соглашения держат все в рамках честной игры, а также все следуют сводам правил (или пытаются их обойти) для того, чтобы F1 была честным соревнованием.
Об обязанностях боссов команд читайте в главе 6, если же вам интереснее узнать о правилах, которым должны подчиняться команды, они описаны в главе 4.
Большие шишки: Экклстоун и Мосли
Но лидеры подчиняются не только боссам команд. Есть еще Макс Мосли, президент FIA, который смотрит за тем, правильно ли управляется F1. А рядом стоит спортивный диктатор Берни Экклстоун, который помог F1 вырасти из гонок, о которых в 1970х знали немногие, в то, что обсуждается почти в каждой семье мира сейчас. То, как Экклстоун распорядился коммерческими правами F1, принесло свои дивиденды каждой команде, а самого Берни сделало одним из самых богатых людей в Британии.
Ракеты на колесах: машины, которыми они управляют
Когда вы спрашиваете людей о том, как выглядит гоночный болид, многие из них описывают усовершенствованный дорожный автомобиль с большим двигателем, массивными колесами и по-настоящему хорошей окраской. Некоторые из них даже воображают, что дверцы наглухо закрыты для того, чтобы повысить безопасность на трассе.
Однако, машина F1 – зверь другого рода, отличный от всего того, что вы видите на дорогах. Это машина, конструкцию, материалы и вид которой люди скорее ассоциируют с современными боевыми самолетами, а не с автомобилями.
Поскольку машины F1 не должны подчиняться законам дорожного движения, они развиваются иначе, чем обычные автомобили. Их конструкция больше направлена в погоде за скоростью, а не комфортом, и они практически буквально являются ракетами на колесах.
Ключевые элементы конструкции
Далее следует список элементов и характеристик, которые отличают болид F1 и придают ей абсолютно другой вид по сравнению с другими гоночными машинами:
В целом, болид F1 – это одноместная гоночная машина с открытыми колесами. Вы можете найти похожие на вид конструкции в низших сериях, но они не могут сравняться по скорости на одном круге с болидом F1.
Подробнее о том, что определяет болид F1, в главе 5.
Готовя машину к максимальной отдаче
На высшем уровне автоспорта каждая команда должна использовать свое оборудование по максимуму. Если у машины есть всего лишь одна слабая сторона, все соперничающие команды приложат максимальные усилия для того, чтобы использовать чужой недосмотр в свою пользу. Машины готовят к выступлениям в гонках тремя способами:
Вверх, вниз и повсюду вокруг: трассы
Каждая гонка дает командам и пилотом новые испытания, и это из-за того, что каждая трасса в календаре уникальна. Вид трасс сильно изменился за долгие годы, хотя F1 традиционно не проводила гонки на овалах, даже если учитывать 500 миль Индианаполиса как часть чемпионатов мира с 1950 по 1960 года.
Некоторые трассы были в календаре с 1950х, как Сильверстоун и Монца, причем их конфигурации обновлялись с течением времени. А некоторые трассы появились недавно, как, например, Малайзия и Мельбурн. У каждой трассы свои характеристики, включая разные максимальные скорости, уникальные повороты и очень разные схемы.
Правильные вещи для бизнеса
F1 не создана для тех, у кого нет денег. Это не футбол, в который вы с приятелями можете поиграть, всего лишь купив мяч.
Нет, F1 просто пожирает деньги. Огромные цены разработок, использование космических технологий, экспертная помощь, необходимые для создания побеждающей машины, означают, что один круг по трассе обойдется больше, чем в три тысячи фунтов стерлингов. И да, перед тем как вы начнете считать свои сбережения, думая, что можете позволить себе несколько кругов – плата за страховку, возможно, будет еще в несколько раз выше.
С такими высокими ценами только самые лучшие команды мира могут добиться успеха в F1. В старые дни богатые владелец команды был способен проспонсировать свою же команду за сезон самостоятельно, машины и двигатели действовали одинаково весь сезон, а зарплаты пилотов не были такими уж огромными. Но сейчас болиды и двигатели меняются от гонки к гонке, а зарплаты гонщиков измеряются в миллионах.
К счастью, возрастающая дороговизна F1 была компенсирована огромным интересом, который она привлекает по всему миру, что означает спонсорскую поддержку, осуществляемую с целью увидеть свои логотипы на болидах.
Без спонсоров и денег, которые они приносят, та F1, которую мы знаем сейчас, не существовала бы. На самом деле, успех команды на трассе сильно зависит от того, как она привлекает спонсоров. Неудивительно, что современные команды F1 нанимают экспертов по рекламе и спонсорству для того, чтобы они помогли им найти больше денег.
Конечно, спонсоры не дают деньги только для того, чтобы их логотипы налепили на болиды в хороших местах. Для того, чтобы оправдать каждый потраченный фунт, они создают огромные маркетинговые кампании, большие промо-события, выпускают телерекламу и дорожные плакаты, используя свой статус «спонсора F1» как преимущество. Мероприятия, устраиваемые спонсорами, настолько важны и времязатратны, что некоторые говорят: «F1 –спорт между двумя и четырьмя часами дня и бизнес в любую другую минуту». Подробнее об этом в главе 3.
Получая большее от F1
Если вам нравится смотреть гонки F1, тогда спорт может быть абсолютно волшебным. Дело происходит в уикэнды, когда большинство людей свободны настолько, чтобы сесть перед телевизорами и насладиться спектаклем в уютной домашней атмосфере или даже приехать на саму гонку и увидеть все воочию. Независимо от того, где вы смотрите гонку, вы поймете, что каждая гонка гарантированно принесет достаточно сюрпризов, восхищения и интриги для того, чтобы удержать вас на месте вплоть до момента клетчатого флага.
Получая полную информацию
F1 – один из наиболее интригующих и интересных видов спорта. Она может дать вам наслаждения на всю жизнь, если вы попытаетесь немного больше о ней понять.
Несколько десятилетий назад было практически невозможно узнать о последних событиях в мире гонок – телевидение не освещало все полностью, газетам не было интересно об это писать, а интернета еще не было. Сейчас у вас вряд ли получится страдать из-за недостатка информации, скорее, ее теперь можно найти даже в избытке. Вы можете отыскать сотни вебсайтов с последними новостями, многочисленные телепрограммы с анализами гонок, газеты, которые освещают каждых слух о братстве F1. Правда, разбираться во всем этом может быть несколько сложно без совета от экспертов – почитайте главу 17 для некоторой помощи.
1) Видимо, Зимние ОИ в расчет не берут 🙂
2) Думаю, это уже устарело в связи с изменениями правил.
Специально для сложнейшего поворота в «Ф-1» гонщики меняют сразу 4 настройки за 5 секунд. А потом возвращают все назад еще быстрее
Феноменальная работа с кнопками на руле.
Пилотаж в «Формуле-1» не просто так прозвали отдельным термином: работу любого парня за рулем болида трудно описать одними лишь простыми словами «гонки» или «вождение». Управление топовой и быстрейшей машиной начисто ассоциируются с оперированием штурвала самолета – к примеру, вот как опыт пилотирования других гоночных машин (американской серии IMSA) c «Формулой-1» сравнивает недавно вылетевший из «Хааса» Кевин Магнуссен.
«Было здорово вновь просто оказаться за рулем настоящей гоночной машины – мне кажется, что последние шесть-семь лет я водил не болид, а самолет, – признался №20. – И это здорово. Опыт управления болидом «Формулы-1» – нечто невероятное. Там очень много прижимной силы и мощности. Но чего-то все равно не хватает – наверное, я бы сказал, что не хватает души.
Я даже не знаю, как это правильно объяснить. Чего-то не хватает. Раньше «Формула-1» приносила больше вот такого удовольствия, но в последнее время, как мне кажется, они утратили это чувство. Но вот последний опыт управления болидом «Кадиллака» DPI просто открыл мне глаза».
Такое мнение у пилотов появилось неспроста: на треках «Формулы-1» попадаются невероятно сложные и хитрые места – лишь считанные единицы разгадывают тайны отдельных поворотов. Идеальный пример – связка 9-10 виражей на трассе в Бахрейне: проявление подлинного мастерства в ней подробно разбирали ниже.
В «Ф-1» есть коварный поворот, раскрывающий истинный талант пилотов. Только Хэмилтон и Леклер проезжают его правильно
Каждый гонщик реально вкалывает на этой секции трека: машину специально для него готовят через настройки на руле – которые переключают буквально за пять секунд проезда по мини-прямой перед началом первого поворота. Официальный канал «Формулы-1» на ютубе показал работу пилота над адаптацией авто к сложнейшему участку на примере действий Даниэля Риккардо за рулем «Рено» на минувшем Гран-при Бахрейна.
Смотрим: задолго перед восьмым поворотом он перемещает баланс тормозов на 1 процент вперед – чтобы в следующей связке усилия замедления на передних колесах работали эффективнее (относительно задних) через усиление «торможения двигателем». Цель – не допустить блокировки задних шин в сложной точке замедления.
Дальше его ждет связка быстрых виражей – и во время их преодоления (да и сразу после) он бы просто не успел внести нужное изменение.
Сразу после восьмого поворота работы у Риккардо становится все больше: теперь он судорожно меняет баланс тормозов на 2 процента назад…
. Включает специальную настройку дифференциала (ENTR 8) – уже на середине девятого виража…
…Потом врубает еще одну предустановку дифференциала (MID 3) – прямо в процессе руления в десятый поворот…
… А сразу после преодоления сложнейшей связки подключает настройку ENTR 7…
… Обнуляет баланс тормозов до стандартного значения…
… Вновь переключает дифференциал в MID 2.
А затем еще и переходит в предустановленный режим для тормозов – BRAK 2!
При этом он еще и параллельно готовится к следующему повороту – меняя настройки крутящего момента.
И все это – за какие-то 5-7 секунд после преодоления сложнейшей связки трека!
Кстати, машину «Рено» использовали для примера из-за огромного экрана на руле: у остальных команд дисплей не такой большой, и потому читать его намного сложнее.
Гонщики «Формулы-1» ежесекундно нажимают кнопки на руле. Параллельно с обгонами на высокой скорости
Объясняем сложность современного пилотажа.
В последние годы среди болельщиков все чаще курсирует мнение, будто гонять на машине для Гран-при на самом деле не так уж трудно — достаточно привыкнуть к скорости, и дело пойдет как на PS или xBox. Точно так же думают о разных далеко не самых талантливых пилотах, перешедших в «Ф-1» исключительно благодаря спонсорским деньгам: якобы если смог он, то получится практически у кого угодно.
Вот только нет. Нельзя просто запрыгнуть в топовый болид и уехать дальше первого поворота (если только ты не Кими Райкконен). Управлять машиной для Гран-при труднее, чем убедить Фернандо Алонсо в качестве моторов «Хонды», ведь на руле не меньше 25 кнопок и лепестков, а нажимать их часто приходится в толстых перчатках на торможении со скорости более 300 км/ч, борясь с вибрациями и кочками.
Инструкция к системе управления прилагается тоже размером с Оксфордский словарь.
«Очень много инструкций, – признался после тестов новичок серии Александр Албон, до нынешнего сезона ни разу не садившийся в болид «Ф-1». – Раздел о руле очень толстый».
И знать его нужно не просто наизусть, а прямо до рефлексов — иначе любое неловкое движение превратится в катастрофу вроде такой.
«Я задел один из переключателей, – объяснил после идиотскую аварию Ромен Грожан. – А потом я нажал на тормоз, задние колеса заблокировались, и я вылетел».
Просто вовремя давить на педали недостаточно — нужно моментально соображать, сохранять постоянную концентрацию и ориентироваться в бесконечных переключателях.
Как работает руль
Досконально познакомиться с устройством управления болидом мы можем благодаря «Мерседесу» – чемпион выложил на своем сайте изображение самой свежей техники с подробным описанием, что и зачем нужно, примерной стоимостью (50 тысяч долларов), количества работы для производства одного экземпляра (80 часов) и комплектации для гонщика на сезон (3-4 штуки).
1 — кнопка DRS, открывает и закрывает пластину в заднем антикрыле в разрешенных ФИА участках. Система снижает лобовое сопротивление и тем самым повышает скорость на прямых, но снижает прижимную силу.
2 — Skip 1/10 Reset. Используются для управления датчиками силовой установки — с их помощью гонщик может контролировать информацию и состояние сотни сенсоров.
3 — Нейтральная передача. Нужна для пит-стопов и прочих остановок, вынесена на руль с «лепестков» специально для предотвращения случайного включения в процессе гонки. Если зажать ее подольше, включится задний ход.
4 — Лимитатор для пит-лейн. Ограничивает скорость до 60 или 80 км/ч (в зависимости от трека) вне зависимости от давления на педаль газа и задействуется в основном на заездах в боксы.
5 — Запрос пит-стопа. Отправляет на командный мостик сигнал готовности для механиков даже при отсутствии голосового подтверждения остановки в боксах — для самых экстренных случаев.
6 — Колеса дифференциала. Меняют распределение тяги между задними колесами для контроля более качественного входа и выхода из поворотов.
7 — Переключатель рекуперации энергии через MGU-H. Можно переключать различные уровни «торможения двигателем» в момент не нажатых педалей газа и тормоза. Его нельзя постоянно настраивать на максимум — в таких случаях батарея и система быстро перегревались.
8 — Баланс тормозов — смещает усилие на передние или задние диски в соответствии с выбранным распределением (больше 50 процентов — смешение на передние тормоза, меньше 50 — на задние). Ротатор у экрана помогает поменять уровень на несколько процентов, а кнопки — довести баланс вплоть до десятых.
9 – «Отметка». Запоминает заинтересовавшее пилота место в данных и передает его на командный мостик.
10 — Подтверждение. Включает выбранные кнопками Skip 1/10 Reset настройки. Да, без нее никаких изменений в работу машины не внесется.
11 — «Старт». Не зажигание — просто активация режима для начала гонки с места.
12 — Радио. Служит для переговоров с мостиком (ну и нытья по подходящим случаям).
13 — Ротатор стратегии — переключает различные топливные настройки, а также несколько заранее заготовленных сценариев работы силовой установки.
14 — Ротатор меню — позволяет пилоту настраивать выдачу информации под себя — от громкости радио до яркости дисплея.
15 — Ротатор силовой установки — позволяет переключать настройки двигателя, MGU-K, MGU-H и расхода электроэнергии из гибридной части.
16 — Светодиодовые индикаторы показывают, когда лучше переключать передачу. А ряды из трех небольших лампочек отражают цвет вывешенных стюардами флагов — желтых или красных (иногда черных в случае дисквалификации).
17 — Лепестки для переключения передач.
Во время гонки пилоты используют почти все кнопки
Чаще всего парень за рулем обращается к лепесткам трансмиссии, активатору DRS, контролеру расхода электрической энергии ERS. При атаках и обороне гонщики часто обращаются к более агрессивному режиму работы мотора, более активной подаче топлива или максимальной рекуперации энергии — некоторые даже предпочитают выводить подобные режимы на руль в отдельную программируемую «обгонную кнопку». Но все остальные режимы тоже могут помочь спасти заезд, если правильно ими управлять.
Например, на последнем Гран-при Монако у Даниэля Риккардо отказала гибридная составляющая силовой установки — он потерял примерно четверть всей мощности болида, а задние тормоза на сложной городской трассе начали перегреваться (именно оттуда рекуперируется большая часть энергии через MGU-K).
«Я переместил баланс на передние на 6-7 процентов, что очень много — обычно баланс выставляется на 1-2 процента, – объяснил после финиша австралиец. – Перемены означали увеличение тормозного пути, но тормоза в таком случае не должны были уничтожить всю гибридную систему. Нужно было все делать медленно».
В результате благодаря грамотному менеджменту машины и шин Дэн спас заезд, удержался на первом месте до самого финиша и как следует отхлебнул призового шампанского на подиуме.
«Он виртуозно оперировал переключателями, пилотировал, экономил горючее, ресурс тормозов и покрышек и следил по радио за состоянием резины у напарника и остального пелотона», – объяснил действия своего парня руководитель «Ред Булл» Кристиан Хорнер. Стоит напомнить: все происходило на узеньких улочках Монте-Карло, где барьеры буквально везде — промедление даже на десятую долю секунды непременно окончится в стене.
В той же гонке по Монако у пилота «Уильямса» Ланса Стролла возникла обратная ситуация: с командного мостика инженер (к слову, раньше работавший с Михаэлем Шумахером) попросил канадца переместить баланс тормозов на два процента назад. Гонщик же отказался и прибавил те же два процента на передние тормоза — в результате они перегрелись, уничтожили резину и вынудили англичан провести дополнительный пит-стоп. Ланс в итоге закончил последним на исправной машине с мотором «Мерседес», проиграв сразу два круга потерявшему четверть мощности «Рено» Риккардо.
Помимо контроля за температурами пилоты нередко двигают вперед тормозной баланс перед обгонами — например, Валттери Боттас так готовился к атаке на напарника Льюиса Хэмилтона на Гран-при Германии.
Хоть подобное и повышает нагрузке на шины, но часто является необходимым для завершения маневра условием. Виновата разница в пилотажных стилях: если соперник всегда в равных условиях жмет на педаль немного позже, то гарантированно завершить маневр поможет только небольшое повышение тормозного пути.
Также для многих сложных поворотов гонщики врубают специально подобранные заранее в практиках и на симуляторах настойки дифференциала. Они уравнивают скорость вращения колес на входе и выходе из виража, стабилизируя заднюю часть машины и предотвращая срывы и внезапное проявление избыточной поворачиваемости. Себастьян Феттель, например, использовал данную опцию на недавних тестах в Барселоне на нелюбимом третьем секторе.
Помимо увеличения скорости, качественная ориентация в настройках, сенсорах и возможностях руля может помочь в ремонте машины прямо по ходу заезда. Например, у Нико Хюлькенберга на Гран-при Сингапура 2017 года отказал один из датчиков, но он руками за две прямые нашел и включил нужные настройки, решив проблему.
А раньше на руль ставили еще и контролеры угла атаки переднего антикрыла — гонщики могли менять его на 6 градусов при въезде в более техничные зоны для повышения прижимной силы и возвращать все на прямых для увеличения максимальной скорости. Однако данной функцией редко пользовались (только на отдельных автодромах с очень разными секторами), да и с новым регламентом подобное немного потеряло смысл. Кнопки с руля решили убрать, а в случае необходимости угол атаки теперь корректируют механики на пит-стопе.
В остальном же пилоты редко не задействуют каждую кнопку — исключение составляет разве что задний ход: например, Боттас признался, что ни разу ни включал его за всю карьеру в «Формуле-1». Вероятно, именно поэтому инженеры спрятали данную функцию в новом руле в другой переключатель.
За 70 секунд гонщик совершает по 60 нажатий
Обладатель прошлогодней поул-позиции Хэмилтон задействовал лепестки и кнопки 54 раза — в среднем почти по штуке в секунду. И это при поворотах на скорости в 200 км/ч!
Помимо передач и DRS Льюис на середине трека сменил баланс тормозов с 56 процентов до 54-х, затем повысил его до 59 и подкорректировал настройки «торможения двигателем».
А на самой сложной трассе из календаря в Сингапуре приходится давить на кнопки еще чаще — Хэмилтон в 2018-м процессе завоевания поула взаимодействовал с рулем вообще 72 раза.
Помимо стандартных переключений передач и DRS, он несколько раз менял и проверял баланс тормозов.
Нужно помнить: на квалификационный круг машина обычно уже въезжает со всеми включенными абсолютными режимами и накопленной энергией. В гонках объем корректируемых настроек значительно возрастает, увеличивая количество необходимых нажатий вплоть до сотни за круг — вот почему технические знания и прилежность пилота в современной «Формуле-1» часто бьют чистую скорость. Сейчас лучшими считаются именно те, кто не просто умеет давить на газ и правильно поворачивать руль, но и максимально эффективно распоряжаться ресурсами машины.
